А комэск уже команду подал:
— Второй и третий взвод, по коням! Во фланг! Остальные за мной. В атаку!
Бросились наши в ту сторону, где бандиты залегли. Кричат «ура»
Спервоначалу те отстреливались, потом видят, дело дрянь,- и наутек. Командиры ихние кричат что-то по-своему: наверное, чтоб не убегали. Да где там! Со всех сторон напираем мы. Впереди комэск. А с флангов наши на конях летят, слышно, как подковы о камни звякают.
— Сдавайтесь! — кричим мы солдатам китайским. — Ничего не будет вам. А то хуже порубаем…
Которые останавливаются, а которые бегут. Видно, нарассказали им про нас, что большевики, мол, не люди, а зверье.
Подбежали мы к бандитским окопам. Прямо передо мной — три командира китайских. «Не сдадутся, — думаю, — не затем в бой пошли. Люди купленные, зубы сломают, а драться будут
Бросил я с размаху гранату. Двое в окоп свалились, а один только присел. Вижу, прямо в. комэска из револьвера целится. Вскинул я винтовку — р-раз! Промах… И все оттого, что второпях. Я еще патрон загнал в патронник. Да не успел. Выстрелил бандит, и комэск наш упал прямо в китайский окоп.
Ну, прикончил я этого белокитайца, и всю банду его мы разогнали. Только не стало нам легче от этого. Жаль Васю, вот как жаль.