К сожалению, непосредственных сношений с «Новиком» мы не имели. Может быть, командиры столковались бы.
«Наш» не одобрил.
— Я бы с его скоростью пробовал проскочить Корейским проливом. «Там» — наверно накроют…(Это предсказание, к сожалению, оправдалось.)1 — ворчал он.
«Грозовому» было приказано идти к «Новику» и поступить в его распоряжение.
«Диана» пошла на юг.
Известие о решении, принятом «Новиком», меня взволновало. Рассудок говорил одно, а сердце — другое. Я не мог не признавать всей очевидной справедливости доводов, высказанных командиром; я понимал также, что нельзя сравнивать подбитую «Диану», с ее 17 узлами, и «Новик», совершенно исправный, по скорости не имевший себе равного в японском флоте… И все-таки глубоко, на дне души, шевелилась досадная, дразнящая мысль — «он пойдет, а мы не пойдем…»
Видимо, этот разлад переживал не я один… Около 3 ч. дня, когда, усталый и чем-то недовольный, я сидел в кают-компании, машинально прихлебывая из стакана горячий, но совершенно безвкусный чай (секрет изготовления этого напитка принадлежит вестовым), ко мне подсел первый лейтенант и заговорил на тему, которая самого меня так глубоко затрагивала…
Вы сами — скажите прямо, по-товарищески, — что вы думаете?.. Прекращение паров в 14 котлах — в этом вся суть… Еще не поздно приступить к выполнению нашего первоначального плана… Если рискнуть?.. Скажите по правде!..
Вы знаете, какой я враг этого нашего лозунга «беречь и не рисковать»… Будь, что будет — я бы рискнул!..
Ну вот! ну вот! — весь просиял мой собеседник…