Мать продолжала его обнимать. Лицо Ларьки вдруг нахмурилось и приняло озабоченный вид.
— Где отец с Леоном Корнеевичем? — спросил он у коммунаров, высвобождаясь из об'ятий Глафиры.
— Искали тебя, а теперь дома. Вон они идут, — ответил кто-то.
Из общей столовой шли Гурьян с Пахомычем. Лица у обоих были радостные. Им уже успели сообщить о прибытии Ларьки. Ларька вел за повод Карьчика.
— Сынок… — мог только произнести Гурьян, прижав к себе голову сына.
— Ну, вот, другой опять, — усмехнулся Ларька, лукаво взглянув на парней. Те захохотали.
— Да ты дай нам Карьчика-то, поди не убежит, — предложили парни.
— Ладом его надо выстоять, — предупредил Ларька, передавая парням своего любимца.
Затем, обернувшись к отцу с Пахомычем, тихо сказал — Пойдемте в ригу: сказать мне что-то вам надо.
— Знаешь, подлец, что отец не будет ругать, — засмеялся Пахомыч.