Снаружи, со стороны Ватиканского поля, как бы в подтверждение слов Виниция, послышались отдаленные крики ярости и ужаса. В эту минуту вошел в хижину ее хозяин, землекоп, и, поспешно затворив дверь, воскликнул:
— Возле цирка Нерона дерутся насмерть. Рабы и гладиаторы напали на граждан.
— Слышите? — сказал Виниций.
— Исполнилась мера, — промолвил апостол, — беды затопят все, как море бескрайнее.
И, обращаясь к Виницию, он указал на Лигию со словами:
— Возьми эту девицу, предназначенную тебе богом, и спаси ее, пусть Лин, который болен, и Урс тоже едут с вами.
Однако Виниций, полюбивший апостола всем своим необузданным сердцем, воскликнул:
— Клянусь тебе, учитель, я не оставлю тебя здесь на погибель.
— И господь благословит тебя за твое желание, — возразил апостол, — но разве ты не слышал, что Христос трижды повторил мне у озера: «Паси овец моих!»
Виниций молчал.