— Ничего! — бодро отвечал поэт. — Ничего, так, — прибавил он спустя несколько мгновений, но уже измененным голосом и схватил меня под руку; я приметил, что он дрожит. — Рок! рок!.. — продолжал он именно тем голосом, который в стихах своих называл «гробовым». — Пойдемте! Нечего делать… Пойдемте, это собрание относится к одному из нас. Я и забыл, что обещал быть в нем сегодня!
И, говоря это, он сильно жал мою руку и увлекал меня ко входу в освещенный дом.
— Так что же оно значит? — спросил я, несколько встревоженный его отчаянным тоном.
— Увидите! Увидите! Это любопытно!.. очень любопытно!.. это поучительно!.. Вы узнаете много нового. Мне обещали открыть одну великую тайну…
— Кто обещал?
— Кто! — воскликнул он печально. — Кто!.. Тот, кому оно как нельзя лучше известно. Тот, кто… Не спрашивайте, ради бога! Вы его увидите сами.
— Да кто же эти люди? Откуда эти уродливые экипажи?
— Кто эти люди?.. Разумеется, петербургские жители. Мало ли в городе старинных экипажей?.. Вы видите, что между ними есть и новые кареты. Посмотрите, какая щегольская коляска! Эй, кучер!.. чья коляска?
Кучер назвал одного из известнейших поэтов наших.
— Видите ли?.. и он здесь! Пойдем скорее.