Он подымается, ловко щелкает каблуками и пропускает ее вперед. Она идет, как сомнамбула, среди мертвого холодного тумана... "Ручка земле предалась... земле, земле предалась... почернела... рассыпалась..." Ночь и усталые печальные глаза... А на губах улыбка, в глазах звезды, и на щеках играет румянец...
- Я вам должен откровенно сказать: в метеорологии смыслю столько же, сколько сазан в Библии... Хе-хе-хе!..
- Но позвольте, у вас же метеорологическая станция, и вы заведуете ею.
- Вот то-то, что не заведую, а заведует тут политический каторжанин... вечный.
Она смотрит на него широко раскрытыми глазами, как будто слово "вечный" слышит впервые и впервые понимает весь ужас его.
- Два раза в день, утром и вечером, под конвоем его водят в будку тут в десяти шагах. Так вечно и будет ходить, десять, двадцать лет...
Десять, двадцать, тридцать лет - ночь, поникшая голова, усталые глаза, фонарь...
Ей трудно дышать, но по-прежнему улыбка на губах и играет румянец.
- Его превосходительство господин губернатор также в том ученом обществе?
- Как же. Подпись его вы же видели. Он - почетный член.