— Подбросить на ваш участок людей я не смогу. Вам придется держать рубеж, пока не подойдет смена. Имейте в виду, сейчас на вас опирается весь правый фланг дивизии.
Комиссар добавил:
— На лаврах не почивайте: завтра фашисты еще злей будут…
Грачев и Красотченко вернулись в расположение 2-го батальона.
Дождь, несколько раз начинавший моросить с вечера, перестал, но ночь была темной.
Красотченко обошел передний край, проверил посты, усилил охрану наиболее ответственных рубежей.
Настроение у бойцов по-прежнему было хорошее. Усталости не чувствовалось. Потери, понесенные отрядом, вызывали не уныние, а еще большую ненависть к врагу, желание отомстить за погибших товарищей.
На Красную горку Красотченко вернулся, когда ночь была уже на исходе. В помещении медпункта царила тишина. Все раненые были эвакуированы на левый берег. Медсестра Соколова и ее юные помощники отдыхали.
Красотченко прилег на кушетку и сразу же погрузился в тяжелое, без сновидений, забытье.
Его разбудил приход Грачева. Капитан устало присел на край кушетки, оказал: