Памятник бойцам, погибшим в боях за Воронеж в сентябре 1942 года. Фото Т. Копелиович.
Десять лег назад, в тот тяжелый год, когда вы с оружием в руках встали на смерть против лютого и подлого врага, посягнувшего на нашу родную советскую землю, на жизнь и мирный труд советского народа, родились многие из этих ребят, чьи маленькие заботливые руки перевили кумачовыми лентами сосновые ветки, положенные на вашу могилу. Дети знают, за их счастье шли вы в бой, чтобы радостным и солнечным было их детство, чтобы свободными людьми росли они, овладевая всеми сокровищами человеческих знаний, — здоровые, сильные телом и духом юные граждане великой миролюбивой Советской державы, молодое поколение строителей коммунизма. Чистой сыновьей любовью платят они вам…
— Спите спокойно, товарищи. Мечты ваши, мысли ваши бессмертны в делах советских людей.
Глубокий жизнеутверждающий смысл имеет традиция увековечивать в названиях улиц имена достойных сынов нашего народа. В память героев сентябрьских боев названы в Воронеже: улица Куцыгина, улица Куколкина, переулок Люлина.
Из пепла и руин обновленным поднялся к жизни наш город. Вместе со всей советской страной растет и преображается он. Новые многоэтажные здания, радующие глаз стройностью и красотой архитектурных линий, светлыми, теплыми тонами фасадов, воздвигнуты там, где чернели закопченные развалины и лежали унылые, засыпанные щебнем пустыри — жестокие следы пронесшегося над Воронежем военного урагана. Асфальтом одеваются все новые улицы. Широкие лестницы каменными ступенями сбегают вниз со взгорья. Узорными оградами обнесены сады и скверы, — массивными, литыми решетками из того самого металла, при помощи которого фашистские орды пытались стереть с лица земли Воронеж. Совсем еще недавно он в виде разбитой вражеской боевой техники густо усеивал окрестные поля сражений.
Приезжему человеку, когда он проходит по кипящим жизнью широким солнечным улицам-аллеям нашего города, нелегко себе представить, в какой короткий срок создано все, окружающее его.
На 92 процента был разрушен врагом жилищный и коммунальный фонд Воронежа.
В конце января 1943 года, когда победоносная Советская Армия, широким фронтом громя врага, полностью очистила Воронеж от немецко-фашистских захватчиков, нашими бойцами в брошенном гитлеровцами товарном вагоне был обнаружен своеобразный трофей: пачки еще неразрезанной брошюры под претенциозным заголовком «Наступление на Воронеж и защита Воронежа», принадлежавшей перу некоего Густава Штебе. Начиненная самым беспардонным враньем и хвастовством, брошюра эта, видимо, имела своей целью поднять катастрофически падавший дух гитлеровских солдат и одновременно подготовить их к мысли о возможном оставлении Воронежа. Брызжа бешеной слюной, фашистский выродок Штебе злорадно утверждал: «Город как таковой не представляет в настоящий момент никакой ценности, нужны будут десятки лет, чтобы его вновь отстроить и начать новую жизнь».
Он просчитался в своей человеконенавистнической арифметике, этот незадачливый геббельсовский писака, как просчитались и его кровавые хозяева, вероломно затеявшие войну против советского народа.