А Иван Ильич, облизывая языком сухие губы, внимательнейше следил только за тем, как жена его загрубевшими руками резала купленную по дороге сюда франзолю и потом заваривала чай. А когда чай заварился и она взялась за его стакан с подстаканником, чтобы налить ему первому, как всегда, — он протянул по-детски просительно:
— Только, Капочка, родная… нельзя ли, а нельзя ли, мамочка, мне покрепче?..
1937 — 1938 г.г.