— Куда же ранен?

— Просто сказать, чуть скользнуло вот сюда, в левый бок…

— Перевязаться надо!

— Есть, ваше благородие, «перевязаться»… Домой придем — перевяжут.

Между тем пули из траншеи, которую только что очистили, сыпались чаще и чаще, и Кузменков сказал Бирюлеву:

— Неймется проклятым! Придется, кажись, пойти шугануть их подальше!

Дозвольте, ваше благородие, я со взводом пойду!

— Взвода мало, братец… Идти, так всем.

И в третий раз повел в штыки Бирюлев всю роту.

Однако вторая траншея была занята немногими стрелками: можно было насчитать только человек пятнадцать, вскочивших на насыпь, чтобы встретить наступающих залпом и бежать в третий окоп.