— Ну что, Лиза, — как-то, улыбаясь, обратился к ней Хлапонин, — выходит, что московские жандармы теперь-то уж как будто бы правы, а? Или во всяком случае недалеки от истины; что ты на это скажешь?
— Это ты насчет Терентия, — догадывалась она. — Нет, мы не подговаривали его убить Василия Матвеевича… Но, разумеется…
— Что «разумеется»? — очень живо полюбопытствовал он, так как она замолчала.
— Разумеется, если теперь нас спросят жандармы, не знаем ли мы, куда он делся, мы скажем, что не знаем.
— Это называется укрывательством, Лиза, — напомнил он ей.
— Ну что же, укрывательство так укрывательство… Вот и будем его укрывать, сколько можем… А семейство его мы выкупим, — решительно сказала она.
— Вот это и будет тогда жандармам на руку! — улыбнулся он.
— Можно это сделать через подставных лиц.
— Дознаются!
— Ну, авось все-таки забудут об этом деле после такой войны, неужели ты думаешь, что не забудут?