Своихъ во вѣки нескончаемыхъ
Работъ и муки ихъ тяжелыя,
Пусть въ это сердце перельютъ онѣ;
И тихо пусть поютъ надъ этимъ трупомъ,
Коль можно пѣть лишь надъ самоубійцей,
Которому откажутъ въ саванѣ
Святомъ; и ада трехголовый стражъ,
И тысячи другихъ чудовищъ гнусныхъ,
Пусть съ скорбнымъ этимъ хоромъ голосъ свой
Сольютъ; вотъ наиболѣе приличный