— Бездѣлица, — заглавіе, какъ видите, пустячное, тѣмъ не менѣе, въ книгѣ этой можно найти много умнаго и хорошаго.
- Я знаю немного по-итальянски, сказалъ Донъ-Кихотъ, могу даже похвалиться, что пою нѣкоторые стансы Аріоста, но скажите мнѣ — я спрашиваю это не въ насмѣшку, а просто изъ любопытства встрѣчается ли въ вашей книгѣ слово pignata?
— Нѣсколько разъ — замѣтилъ переводчикъ.
— А какъ вы переводите его?
— Кострюлей — не иначе.
— Клянусь Богомъ, вы знатокъ въ итальянскомъ языкѣ; готовъ голову прозакладывать; что piace вы переводите словомъ нравится, piu — больше, su — на верху и giu — внизу.
— Конечно, замѣтилъ переводчикъ, какъ же иначе переводить.
— Клянусь послѣ этого Богомъ, воскликнулъ Донъ-Кихотъ, что васъ никто, должно быть, не знаетъ въ этой толпѣ, всегда трудно вознаграждающей похвальные труды и изящные умы. Сколько заглохло на свѣтѣ талантовъ, сколько погибло доблести, сколько зарыто геніевъ, и тѣмъ не менѣе мнѣ кажется, что переводить съ одного языка на другой, если только это переводъ не съ царственныхъ языковъ латинскаго и греческаго, все равно, что переворачивать къ верху ногами фландрскіе обои, показывая какія-то неясныя фигуры, по которымъ не можешь составить точнаго понятія ни о краскахъ, ни о цѣломъ картины. Къ тому же переводить съ легкаго и родственнаго языка, на это нужно совершенно столько же ума и таланта, какъ для переписки бумагъ; этимъ я не говорю, чтобы занятіе переводами не было похвально нисколько: человѣкъ можетъ заниматься чѣмъ-нибудь гораздо худшимъ, далеко менѣе полезнымъ. Изъ числа всѣхъ этихъ переводчиковъ, я исключаю впрочемъ Кристоваля Фигуереа и донъ-Жуана Жореги: одинъ въ своемъ переводѣ Пастуха Ѳидо, другой Аминты — умѣли бытъ на столько вѣрными подлиннику и вмѣстѣ оригинальными, что читая ихъ не знаешь, гдѣ оригиналъ, гдѣ переводъ? Но, скажите пожалуйста, вы печатаете эту книгу на свой счетъ, или вы продали рукопись книгопродавцу.
— Я печатаю ее на свой счетъ, отвѣтилъ переводчикъ и надѣюсь выручить отъ перваго изданія ея тысячу червонцемъ, наименѣе. Она печатается въ числѣ двухъ тысячъ экземпляровъ, которые живо разойдутся по шести реаловъ за экземпляръ.
— Мнѣ кажется, вы не много ошибаетесь, замѣтилъ Донъ-Кихотъ, видно, что вы мало знакомы со всѣми уловками книгопродавцевъ. Съ двумя тысячами экземпляровъ этой книги на плечахъ, вамъ придется, увѣряю васъ, не мало повозиться и пропотѣть, особенно если эта книга пустая.