— Могу васъ увѣрить, сказалъ рыцарь зеркалъ, что вы похожи на него, какъ одно яйцо на другое, но такъ какъ вы увѣряете, будто васъ преслѣдуютъ волшебники, поэтому я и не утверждаю: побѣдилъ ли я дѣйствительно васъ, или кого другого.
— Этого для меня довольно, сказалъ Донъ-Кихотъ, чтобы окончательно убѣдиться въ вашемъ заблужденіи, но чтобы и васъ убѣдить въ томъ же, я прошу привести сюда нашихъ коней. Я увѣренъ, что скорѣй, чѣмъ вы успѣли бы приподнять ваше забрало, я самъ приподыму его, если только помогутъ мнѣ Богъ и моя дама. Вы же, съ своей стороны, увѣритесь, что между мною и побѣжденнымъ вами Донъ-Кихотомъ есть нѣкоторая разница.
Рѣзко прервавъ на этомъ мѣстѣ разговоръ, рыцари сѣли верхомъ на коней и повернули ихъ кругомъ, чтобы выиграть пространство, нужное для нападенія. Но Донъ-Кихотъ не отъѣхалъ и двадцати шаговъ, какъ услышалъ, что его зоветъ рыцарь зеркалъ, который, остановившись на половинѣ дороги, закричалъ своему противнику:
— Благородный рыцарь! не забывайте условій нашего поединка: — побѣжденный отдаетъ себя въ распоряженіе побѣдителя.
— Очень хорошо это помню, отвѣчалъ Донъ-Кихотъ, лишь бы только побѣжденному не вмѣнилось въ обязанность что-нибудь противное чести рыцаря.
— Понятно — сказалъ рыцарь зеркалъ.
Въ эту минуту взорамъ Донъ-Кихота представился оруженосецъ его противника съ своимъ безпримѣрнымъ носомъ, и удивленный не менѣе Санчо, герой нашъ принялъ эту носатую фигуру за какое-то чудовище, или, по крайней мѣрѣ, за человѣка невѣдомаго еще на землѣ племени. Санчо же, видя своего господина готовящимся къ битвѣ, не чувствовалъ ни малѣйшаго желанія оставаться наединѣ съ своимъ носатымъ компаньономъ изъ страха, чтобы онъ не затѣялъ съ нимъ драки и не сшибъ его съ ногъ однимъ ударомъ своего хобота. Подъ вліяніемъ этого страха, кинулся онъ къ Донъ-Кихоту, ухватился за стремянный ремень его, и когда рыцарь собирался уже повернуть Россинанта кругомъ, сказалъ ему: «ради Бога, помогите мнѣ, ваша милость, взобраться на этотъ пень, оттуда я лучше увижу вашу мужественную встрѣчу съ вашимъ противникомъ».
— Мнѣ кажется, Санчо, что ты хочешь взобраться сюда, чтобы безопасно взирать на бой быковъ — замѣтилъ Донъ-Кихотъ.
— Признаться вамъ, отвѣчалъ Санчо, меня бѣда какъ пугаетъ носъ этого оруженосца. просто стоять возлѣ него, отъ страху, не могу.
— Да, это такой носъ, проговорилъ Донъ-Кихотъ, что не будь я тѣмъ, чѣмъ я есмь, то, пожалуй, и я струхнулъ бы. Однако, полѣзай, я помогу тебѣ.