— Из кедровых досок, сбитых гвоздями, — ответил Сам.
— Нет, на гвозди я не согласен, — возразил Ян. — Это не по-индейски.
— А я кедровых досок для этого не дам, — сказал Рафтен. — По-моему легче и лучше перенести все на себе, не рискуя, к тому же, замочить постелей.
Мысль о плоте была оставлена. Мальчики в телеге отвезли пожитки на берег речки. Рафтен тоже пошел с ними. Он еще был юн душою и очень сочувствовал их затее. В его замечаниях сквозил неподдельный интерес, хотя он и не желал его открыто высказывать.
— Дайте и мне что-нибудь нести, — сказал он, к удивлению мальчиков, когда они пришли на берег.
Он взвалил на свои могучие плечи добрую половину ноши. Меченая тропинка имела не более двухсот шагов длины, и в два приема они все перенесли и сложили около типи. Саму очень понравилось неожиданное участие отца.
— Ты такой же как и мы, папа! Я думаю, ты не прочь был бы войти в нашу компанию.
— Я вспоминаю, как мы здесь жили первое время, — ответил Рафтен с грустью в голосе. — Сколько раз мы с Калебом Кларком ночевали у этой самой речки, когда на месте полей был еще густой лес… Вы умеете сделать кровать?
— Нет! — сказал Сам, подмигивая Яну. — Научи нас.
— Хорошо. Где топор?