Вечером у них был настоящий пир. Спать они легли в обычное время, и ночь прошла благополучно. Только под утро Гай разбудил их, уверяя, что к бивуаку пришел медведь. Но Гай имел обыкновение скрежетать зубами во сне, и товарищи убедили его, что это ему померещился медведь.
Ян отправился к «грязевым альбомам» и нашел несколько новых следов, в том числе один, который произвел на него сильное впечатление. Он тщательно его срисовал. Это был, очевидно, отпечаток маленького острого копыта, такой отпечаток, о котором он давно мечтал. Он крикнул:
— Сам, Сам, Гай! Идите сюда. Вот след оленя.
Мальчики ответили:
— Что ты нас морочишь? Это, должно быть, собака! и т. д.
Ян настаивал на своем. Товарищи были вполне уверены, что он шутит, и даже не пошли посмотреть. Между тем солнце взошло высоко и значительно высушило след. Ветер, птицы и сами мальчики окончательно его стерли. Однако у Яна остался рисунок, и, несмотря на все поддразнивания, он утверждал, что сделал его совершенно правильно.
Наконец, Гай шепнул Саму:
— Он так серьезно рассматривает следы, что ему надо показать и зверя. Зачем ему, бедняге, понапрасну мучиться? Пусть увидит оленя. Мы ему поможем.
Он подмигнул и знаками объяснил Саму, что надо увести Яна. Это нетрудно было сделать.