— А они не ошибаются? — спросил Маленький Бобер.
— Случается, но не так часто, как белые. Я помню, раз в деревню пришел странствующий фотограф и снял несколько маленьких типи. Тогда я сказал ему: «Отчего вы не попросите сквау Великого Буйвола наставить большую типи? Это замечательная штука». Он послушался и, поторговавшись с нею, добился, чтоб она за три доллара поставила ему типи, а типи была замечательная — красного цвета, с зелеными и желтыми зверями, и птицами и скальпами кругом. У фотографа глаза разбежались. Он навел было свой аппарат, но подумал и достал другой, который снимал в красках. Я думаю, что ему не терпелось снять поскорее, но не успел он наладить свою машину, как старая сквау что-то сказала другой (у Вождя было две жены), и они принялись снимать типи. Фотограф сердился, кричал, что он заплатил деньги, но старая сквау что-то бормотала и указывала на запад. Они мгновенно сняли и скатали покрышку, несмотря на то, что художник безбожно ругался. Погода была хорошая, хотя очень жаркая. Минут через пять на западе показалось темное облачко, а через десять минут налетел настоящий ураган, который попортил в деревне все типи. Если б не осмотрительная старуха, то, конечно, пострадала бы и красная типи.
Под руководством Калеба мальчики немного подняли покрышку типи с подветренной стороны, а с теневой стороны — гораздо больше. Из удушливой теплицы типи сразу превратилась в прохладную беседку.
— Если ветер чуть заметный, а вы хотите знать, откуда он дует, то послюньте и поднимите палец. Со стороны ветра вы почувствуете холодок. Соображаясь с этим, вы можете наставить дымовые клапаны.
— Расскажите нам еще о военных шапках, — попросил Ян. — И потом я хотел бы знать подробнее, что мы можем делать, чтоб заслужить перья.
— Устраивайте состязание в беге, в плаванье, в стрельбе. Попасть стрелою за двести шагов — все равно, что убить буйвола. Это будет превосходство.
— Как? Гранку?
— Да. Попасть за пятьдесят шагов — все равно, что убить оленя, и это мы назовем ку, — продолжал Калеб. — Если вы с первого выстрела попадете своему чучелу в самое сердце за пятьдесят шагов, то я назову это большим подвигом, а кто попадет в сердце за семьдесят пять шагов, все равно с какого выстрела, того я назову первостепенным стрелком. Если вы за сорок шагов будете попадать в девятидюймовый глазок из каждых трех раз два, то можете причислить себя к индейцам. Впрочем, я должен вам сказать, что они редко стреляют в мишень, а больше в то, что встречают в лесу. Я видел медно-красных малышей, которые стреляли в бабочек. Иногда они устраивают состязания и смотрят, у кого сразу будет больше стрел в воздухе. Пять стрел в воздухе уже хорошо; это показывает, что человек скоро и далеко стреляет. Нужно для этого непременно держать в левой руке наготове пучок стрел. Я только раз в жизни видел, как у одного человека было в воздухе восемь стрел. Это считалось «большим колдовством». Но иметь одновременно семь стрел в воздухе также очень почетно.
1. Прямо в цель.