— Ты, кажется, находил, Бобер, что колибри очень красивы, — сказал Дятел, указывая на невзрачную серо-зеленую птичку около себя.
— Я и теперь это говорю. Посмотри.
Сидевшая неподвижно птичка вспорхнула, и ее черная шейка вдруг засверкала яркими цветами.
Вслед затем в траве проскользнула полевая мышь, а, немного погодя, по ее следам погнался маленький крот.
Коричневый зверек на коротких ножках, ростом с кролика, прошел мимо, обнюхивая высохшее русло речки. По головке, напоминавшей бобра, и плоскому чешуйчатому хвосту Ян определил, что это мускусная крыса, которая, очевидно, пришла напиться.
Около запруды теперь было много животных, и она сделалась сборищем для тех из них, которые, по определению Сама, хотели «залить жажду».
Минут через двадцать после того, как прошла мускусная крыса, появился другой темно-коричневый зверек.
— Другая мускусная крыса: они где-нибудь встретятся, — шепнул Дятел.
Однако при ближайшем рассмотрении это оказалось совсем другое животное, — ростом с кошку, только пониже, с широкой, плоской головой, белой грудью и короткими ногами — похожее на огромную ласочку. Сомнения не было, что это выдра, смертельный враг мускусной крысы, и что теперь она преследовала свою добычу. Выдра быстро завернула за угол, обнюхивая след как собака. Если б она догнала мускусную крысу раньше, чем та достигнет запруды, то произошла бы драма. В глубокой воде мускусная крыса могла бы еще укрыться. И если у запруды собирались мускусные крысы, то с таким же вероятием там могли собираться выдры.
Минут через пять после этого на большом бревне бесшумно мелькнула серая кошка, Она казалась олицетворением грации в сравнении с медлительной мускусной крысой и проворной, но неуклюжей выдрой. Нет более гибкого и изящного зверя, чем красивая кошка. Недаром ученые всего мира признают ее образцом совершенства в животном строении.