Каждый записывал свое мнение, а после того они для проверки измеряли данное расстояние. Ближе всех к истине, обыкновенно, подходил Дятел или же Черный Ястреб.
Гай по-прежнему отличался зоркостью, и потому, когда нужна была перемена развлечений, всегда предлагал одну из тех игр, где мог показать свое хорошее зрение.
Ян, в подражание Черному Ястребу, придумал новую игру — знания белого человека.
— Можете ли вы определить рост собаки по ее следу? — спрашивал он.
— Нет, и ты не можешь, и никто не может, — насмешливо ответили ему товарищи.
— А я могу. Надо взять в дюймах длину следа передней лапы, помножить на 8, и получится рост до плеча. Попробуйте проверить, тогда сами убедитесь. У маленькой собаки лапа в 2¼ дюйма и рост в 18 дюймов; у овчарки с трехдюймовым следом рост в 24 дюйма; у дворняги или другой большой собаки с четырехдюймовым следом рост 30–32 дюйма.
— Что ж, по-твоему, у каждой собаки рост равен 8 лапам? — с сомнением переспросил Сам.
Ян, не смущаясь, продолжал:
— По следу можно определить даже вес. Перемножьте длину и ширину передней лапы в дюймах, все это помножьте на 5 и получите довольно точный вес в фунтах. Я проверял на старом Кепе. У него лапа 3½ на 3, т.-е. 10½; если умножить на 5, получится 52½ фунта. Приблизительно так и есть.
— А я видел собаку, которая к этому не подходит, — протянул Сам. — Она была длиною, как моя рука от плеча; лапы у нее были, как у медвежонка, а ростом она была не выше кирпича. Тело у нее было, как у гусеницы, с той только разницей, что у нее имелось всего четыре ноги на противоположных концах, и поставлены они были так далеко, что она не могла ходить. Можно было подумать, что ее вырастили под шкапом. Я думаю, что при такой форме ей надо было прибавить, по крайней мере, пару ног посредине.