— Что ж, работай острым камнем, Ян. Ты найдешь их сколько угодно на дороге, если скинешь башмаки и прогуляешься босиком. А я буду стругать рубанком, и посмотрим, кто кого перегонит.
Ян замолчал, но в душе дал обещание сделать когда-нибудь настоящие индейские стрелы из гордовины, а пока решил выточить хоть одну перочинным ножом. Пока он с нею возился, Сам успел заготовить шесть штук и гораздо лучше.
— Какие будут наконечники? — спросил Сам.
— Я как раз думаю об этом, — ответил Ян. — Индейцы делали каменные наконечники, привязанные жилами, но у нас нет подходящего материала. Самые лучшие наконечники — из кованого железа с ободком, чтобы насаживать на стрелу, но мы не можем достать их. Придется обойтись костяными и роговыми. Я пробовал выпиливать наконечники из кости, да они выходили очень хрупкими. Я брал тоже большие гвозди с обломанными шляпками и привязывал их тонкой проволокой, чтобы дерево не расщеплялось. Иногда в индейских стрелах не делают наконечников, а только обжигают их, чтобы они стали тверже, и заостряют.
— Это, кажется, легко, — сказал Сам. — А ну, состряпаем и таких несколько штук.
Они сделали по шести «боевых» стрел с острыми гвоздями, прикрепленными проволокой, и по шести «охотничьих» с закаленными на огне кончиками.
— Теперь давай перья!
Ян показал Саму, как расщепить стержень индюшиного пера и отделить бородку.
— Постой, тебе нужно дважды двадцать четыре, значит, сорок восемь перьев?
— Нет, — ответил Ян. — По две полоски на стрелу недостаточно. Нужно считать по три; значит, всего семьдесят две полоски. И заметь, что для каждой стрелы перья должны быть взяты с одного и того же крыла птицы.