Что мне делать, мой чистый Алтай,
чтобы малый народ не ухудшался?
Великий Хан-Ойрот, когда ты услышишь длинными ушами,
увидишь острыми глазами наше разорение,
тогда мы в Алтае будем
жить спокойно и хорошо.
Зачарованные песней, музыкой легендарных старых веков и вкрадчивой речью Кайгородова, первую ночь засыпали спокойно погонщики; только Итко, ворочаясь, про себя разговаривал с матерью и допевал песню Урыпсая:
…Трехлетний лось, с длинной бабкой,
к Саянам направясь, беги!
Если же встретишь в слезах мою мать,