Доктор Сульииций Блессинг прервал его речь:
— Войдите, войдите! Правда, y меня нет приема но вы сегодня первый обратились ко мне за помощью, а я в ней никогда не отказываю красивым молодым людям жертвам нашей гибельной цивилизации. Давно ли, вы захворали, сударь?
Кенворти судорожно отшатнулся:
— Так у вас никого не было?
— Говорю вам, вы первый…
Ник Кенворти, резко поворотился и сбежал с лестницы.
Доктор подмигнул хорошенькой горничной в чепчике. Та закрыла дверь, положила цепочку, задвинула засов.
Сульпицйй Блессинг потер руки с сознанием исполненного долга и возвратился в свой кабинет. Боб Друк лежал на диване, ломая голову над тяжелой задачей: он припоминал, нет ли у него где-нибудь xoть какого-нибудь прыщика, пятнышка или пареза от бритвы.
— Дорогой юноша, — Произнес доктор, садясь к столу, надевая очки и разворачивая огромнейшую толстую книгу, похожую на библию, — не волнуйтесь! Все обойдется! Брат вашей невесты, между нами говоря, в высшей степени мускулистый человек с бицепсами, ушел ни с чем. Теперь отвечайте на мои вопросы, как на исповеди. Ваше имя?
— Кав… Кав... Кавендроп!