Несмотря Дна многочисленность погонщиков и поклажи, придававшей каравану купеческий вид, можно, было, заметить странные признаки поспешности и тревоги, с какой он вышел из города. Еще доносились резкие свистки локомотива, пение автомобильных сирен, гудение мотора. крикливо и кощунственно нарушавших безмолвие ночи. А уже арабы остановили верблюдов, прислушались и завязали им ноги мягким войлоком, чтоб поступь их была бесшумна. Потом они спустили на лицо длинные шлемы с круглым разрезом для глаз…Потом, неожиданно для верблюдов, острыми палками погнали их прочь с дороги, в могучие заросли, к самой реке, вдоль которой шла другая, болотистая трона, затапливаемая два раза в год. Она была скользкой и трудной, по онщики предпочли вести свой караван по ней.
На верблюдах качались корзинки, крытые парусиной. В корзине по нескольку человек сидели путники. Бели б звезды могли при поднять полог палаток и загореться в их глубине на манер «Осрамов» и других европейских домашних звезд, мы увидали бы, что путники тесно связаны друг с другом, руки их прикручены к спине, рты забиты тряпками, а сами они принадлежат к прекрасному полу.
Только один верблюд мог бы похвастаться более Свободной поклажей. Палатка его широка распахнута. Ночной воздух гуляет внутри, Лай евфратского шакала и свист ночных птиц доносятся туда беспрепятственно.
А из четырех мужчин, развалившихся на сидении, трое преспокойно курят душистые трубки, и только четвертый разделяет участь женщин: он связан.
— Конечно, достопочтенный отец, мы поступили с вами не политично и, можно сказать, насильственно! — о важностью бормочет маленький черноусый мужчина, лежа сразу на четырех подушках и уткнув пятки в толстый живот своего соседа. — Нo вы Видите по нашему отъезду библейским способом минуя немецкие вагоны и английские омнибусы, что нам крайне важно соблюсти тайну. Бели бы мы стали засылать к вам агентов и маклеров для переговоров, мы могли бы попасть в лапы сыщиков.
— Но что, же вам от меня надо? — простонал отец Арениус, изнемогая от, веревок. — Я стар! измучен, болен. Кто вы такие? Почему вы не оставили меня в Джерубулу?
— Сколько вопросов сразу! — ответил черноусый. — Это дурно, святой отец, очень дурно. Мы рассчитываем как раз на обратное. Видите ли, вы нужны нам, чтоб отвечать на, вопросы, а отнюдь не задавать их. Симпатичное «маленькое стадо падших женщин, отче, — вот с кем придется вам иметь дело, по всем! правилам нашей святой религии, Но я должен признаться, что вам отнюдь не следует вести их к раскаянию и отговаривать от порочной жизни.
Миссионер глухо вздохнул и хрустнул пальцами. Вселенная сошла с ума. Кентерберийский епископ повелевает проповедывать кавендишизм вместо христианства. Таинственные черные люди везут его для бесед с падшими женщинами, которых он не смеет исправлять. И в довершение всего этого, пастор Арениус не может даже, умереть, так как жизнь его, по видимому, объявлена чрезвычайно ценной.
— Судя по вашим вздохам И разговорам в бреду, — продолжал черноусый, — вы хоть и англичанин, отче, но разобижены этой нацией в пух и прах. Мы прямо признаемся вам, что вещем американскую линию. Нашим девочкам, отче, вы должны будете преподать строгую американскую ориентацию.
— Га! — гортанно вскрикнул араб, подбрасывая кверху палку.