И эхом отдалось протяжное «ке».
После часа хождения устали ноги. Бухнулись прямо на траву, и завязалась задушевная беседа.
— Эх, теперь бы рюмочку…
— Рюмочку мало. И мараться не стоит.
— А и верно, ребята. Сейчас бы бутылочку на троих, да девочек на придачу. Эх, и весело бы было…
— Да, не плохо. Ну, а если нет, так давайте лучше и не вспоминать, — предложил Летун, — да, кроме того, я всетаки отвечаю за вас всех. Мне Оська строго заказал не пить самому, да и вам воли не давать. А ежели что, так я имею права выгнать с дачи того, кто не будет подчиняться правилам нашего дачного распорядка.
— Брось, Федя… Сахалинский далеко. Нам его не видно…
— Не видно-то не видно, а все ж.
— Чего там, все ж. До города не далеко. Пускай вон Мишка сбегает. Принесет бутылочку, а мы подождем.
— Брось, ребята, нельзя. По запаху узнают.