Однако, в Шеснэ, в то время, как перед входом в зал Сюзанна поправляла волосы перед зеркалом в передней, он, казалось, пришел в лучшее расположение и попросил молодую девушку дать ему первый вальс.
Мисс Северн выразила сначала полное удивление и затем с искренней досадой сказала:
— О! Мишель, как мне обидно, я не знала, что вы танцуете, вы никогда не танцевали на вечерах это лето… и я уже пообещала первый вальс Раймонду Деплану.
— А! — ответил просто молодой человек.
Не добавив ничего, он предложил руку Сюзанне и последовал с нею за Робертом и Колеттой, проходившими в настежь открытые двери и остановившимися, чтобы раскланяться с г-ном и г-жой Сенваль.
Мисс Северн едва не вскрикнула при входе.
Этот зал, предоставленный бесконечно разнообразной игре двух цветов, величественный, манящий, напоминал феерический апофеоз.
В ослепительном свете, придававшем загадочный блеск орхидеям цвета „mauve“ и бледно-зеленым хризантемам корзин, драпировкам из легкого шелка и громадному декоративному полотну, кружились платья цвета „mauve“ и зелени, уносимые невидимой музыкой. Различные оттенки темно и бледно голубые, желтые и розовые сливались, образуя гаммы цветов или объединялись гармоничными контрастами.
Волны света и красок, неуловимые и обманчивые в своем причудливом сочетании, но великолепные, мелькали с головокружительной быстротой. Через широкие просветы фона угадывались деревья парка, рисовавшиеся без определенных контуров, таинственно освещенные зеленоватым и фиолетовым отблеском каких-то неестественных сумерек.
Г-жа Сенваль улыбнулась наивному восхищению Сюзанны, и Тремору пришлось любезно выслушать комплимент, что вызвало огонек усмешки в синих зрачках молодой девушки.