«У нас, – продолжает Мольтке, – главная забота не о техническом образовании войск, п скорее о выработке и укреплении нравственных качеств, – о военном воспитании юноши. Этого нельзя достигнуть муштрою, это должно впитаться в плоть и кровь».
«В самом деле, справедливость требует отметить, что военная служба не представляет ежедневной, видимой, продуктивной работы, – но она имеет целью безопасность государства, без которой всякая продуктивная работа становится невозможной, и этого она достигает. Она представляет собою школу для подрастающих поколений в смысле порядка, исполнительности, чистоплотности, повиновения и верности – качеств, не пропадающих даром для позднейшей продуктивной работы».
«Говорят, – пишет Мольтке, – что школьный учитель выиграл наши сражения. Одно знание, однако, не доводит еще человека до той высоты, когда он готов пожертвовать жизнью ради идеи, во имя выполнения своего долга, чести и родины; эта цель достигается – его воспитанием».
«Не ученый выиграл наши сражения, а воспитатель, т.е. военное сословие, давшее нации физическую силу, духовную бодрость, любовь к родине и мужество. Итак, мы не можем обойтись без армии ни во внутренней политике – в целях воспитании нации, ни тем более во внешней – для защиты родины». (Курсив всюду наш; Б. Ш.).
«Армия, – заканчивает Мольтке, – не может быть временным учреждением, се нельзя импровизировать в течение недель или месяцев; ее необходимо воспитывать в течение ряда лет и поколений, ибо военная организация должна покоиться на устойчивости и возможной ее продолжительности».
«Сила же Германии, – по мнению начальника генерального штаба, – заключается, по существу, в однородности обитателей».
Мы позволили себе так долго задержаться на изложении мыслей Мольтке, так как: 1) они дают нам представление о взглядах германского генерального штаба на внутреннюю политику и армию и 2) эти мысли считались заповедью и для начальников генеральных штабов иных армий Европы.
Злоупотребляя вниманием читающего эти страницы, мы продолжим наши рассуждения по поводу взглядов, изложенных начальником германского генерального штаба.
Итак, мы слышали, что начальник прусского генерального штаба полон идеей вооруженного народа, как того требует современный характер войны. Он же считает армию опорой для поддержания мира и необходимейшим и важнейшим учреждением в государстве. Более того, армия, – военное сословие, воспитательница нации и носительница побед, одержанных Пруссией в 1866 и 1870-71 г.г. Всякие сказки о школьном учителе, подготовившем эти победы, должны быть откинуты раз навсегда. Армия должна быть боеспособной, но прежде всего послушной власти и обеспечена от «худших» элементов, которым «сохрани бог» давать оружие в руки. Наконец, «мы не можем обойтись без армии… Во внутренней политике – в целях воспитания нации», – так возвещает нам Мольтке (старший).
Нами только что приводились суждения Клаузевица о внутренней политике, и мы должны указать, что они далеки от взглядов его соотечественника в мундире прусского генерального штаба. Насколько философ войны признавал, что внутренние интересы граждан должны быть уравнены и сама политика не что иное, как поверенный всех граждан, настолько Мольтке становится на противоположную точку зрения, и в армии видит лишь оружие «лучших» элементов в германской нации, т.е., иными словами, ее буржуазных классов и благонамеренных крестьян. К структуру армии вкладывается внутреннее соотношение классов страны, и армия должна выступить в роли воспитательницы нации. В критике армий Конвента и Парижской Коммуны Мольтке ярко выявил свое предпочтение армии, хотя и с кадровыми основами, но по-прежнему долженствовавшей сохранить в себе черты «солдатской» армии Наполеона.