Одним словом, бывший первый генерал-квартирмейстер оказывался вне политики, но только учитывал ее. «Как и всегда, – говорит он – я стоял… на той точке зрения, что установление основ политики относится к компетенции имперского канцлера, лишь бы они не противоречили требованиям военной безопасности», и… «во всех наших мероприятиях мы исходили исключительно из военных требований» (курсив наш; Б. Ш.).
Оказывается, что по делам внутренней политики пи император, ни канцлер даже не разговаривали с Гинденбургом-Людендорфом и: «я (Людендорф) и не стремился к подобным беседам, так как был очень далек от внутренней политики» (курсив наш; Б. Ш.).
Но вот: «моим убеждением всегда было, что народ и армия представляют одно тело и душу и, следовательно, армия не могла надолго оставаться здоровой, если была больна страна». В этих видах со стороны Людендорфа сначала окольными, а затем прямыми путями начинается вторжение во внутреннюю политику, к Историческому руководству Германии не хватало сильно? руки, которая властно правила бы страной», – заявляет Людендорф и «чтобы победить на поле сражения, верховное командование нуждалось в сотрудничество государственного человека, это становилось мне все яснее, по мере того, как я входил в свою должность и шире разбирался в обстановке» (курсив наш; Б. Ш.).
Началась атака против канцлера Бетмана и последний, в свое время в угоду внутренней политике сваливший Фалькенгайна и призвавший Гинденбурга-Людендорфа, пал по требованию последних.
Считаем излишним распространяться о вмешательстве Людендорфа во внутреннюю жизнь Германии, т. к., по своей наивности, он сам заявляет, что как-то нечаянно выходило, что все обращались к нему, а по мемуарам Эрцбергера Людендорф «оставался почта неограниченным властителем Германии и частью сам решал политические вопросы, частью существенно влиял на их решение» (курсив наш; Б. Ш.)
Мы можем согласиться с Людендорфом, что действительно в Германии не оказалось Бисмарка, который быстро покончил бы с «неограниченной властью» генерального штаба во время войны.
Оглянувшись на пройденный путь, Людендорф, вдохновляемый Крауссом, обогатил литературу целой книгой о ведении войны и политики.
Нами выше было отмечено, что, по его мнению, Клаузевиц оказался недальновидным человеком, не предусмотрев влияния внутренней политики на ведение войны. Людендорф спешит заполнить пробел и внести ясность в этот вопрос. Свое исследование он начинает со времен Фридриха II, используя его главным образом, как аргумент в защиту стратегии уничтожения, которая была догмой самого Людендорфа.
Переходя затем к временам Бисмарка и Мольтке, бывший «властитель» Германии приходит к заключению, что канцлер считал войну внешней политикой, но только другими средствами, а во внутренней жизни Германии направлял все силы на консолидацию нации и борьбу с развивающимся социальным движением. Людендорф приписывает успех внутренней политики Бисмарка тому, что он, опираясь на большинство рейхстага, вел его за собой.
Выше нами было показано, что действительно Бисмарк весь центр тяжести в последние годы своего канцлерства перенес на внутреннюю политику, по едва ли имел в этом успех. Германия стояла на пороге ломки своей внутренней жизни, так как производительные силы переросли ее национальную оболочку.