В докладе от 8 сентября 1908 года об усилении армии начальник генерального штаба указывает на необходимость увеличения контингента, так как всякие новые формирования требуют людей, отнимать же их у пехоты невозможно, в виду нежелательного ослабления и без того низкого штатного состава пехотных частей. Повторяя снова о необходимости перевооружения полевой артиллерии скорострельными орудиями, увеличения ее численно, а также усиления армии легкими гаубицами и средней тяжелой артиллерией, Конрад обращает особое внимание на развитие горной артиллерии для действий на Балканах и в Италии и на обновление материальной части тяжелой артиллерии. Последняя имеет на вооружении образцы 1880 года, которые устарели, не говоря уж о том, что во многих крепостях на вооружении состоит еще материальная часть 1861 года.
Наталкиваясь на сопротивление военного министра, тормозившего вопрос о реорганизации артиллерии по бюджетным условиям, Конрад 13 октября вынужден в письме к министру иностранных дел указать на необходимость отпуска средств для приведения в порядок материальной части армии, на что требуется известное время. Начальник генерального штаба отмечал, что нужно до мобилизации совершить перевозку запасов, так как в противном случае нарушится план мобилизационных перевозок. Предлагая учесть это в предложениях министерства иностранных дел, Конрад просил заранее, до обвинения мобилизации, когда война в принципе будет уже решена, поставить в известность военное министерство для выполнения перевозок по снабжению.
Помимо отсутствия необходимых средств, приходилось наталкиваться на обычную бюрократическую проволочку с выбором систем орудий. Конрад приводит данные об изготовлении материальной части для 30,5 см. гаубиц с автомобильной тягой, впоследствии во время мировой войны оправдавших себя и показавших высокое развитие крупной индустрии Австрии, в частности завода Шкода. Эти орудия отлично работали под крепостями на всех фронтах серединных государств и по своим боевым качествам далеко превосходили 42 см. германские орудия. Так, начало конструирования 30,5 см. гаубиц относится к началу 1908 года, производство первой модели у Шкода в Пильзене в июне 1909 года, 22 июня 1910 года первая гаубица была испробована стрельбой на артполигоне в Болеветце и испытана на походе. Тогда же было признано, что орудие отвечает поставленным задачам. Заводом подготовка к работам первой серии в 24 гаубицы началась лишь в ноябре 1911 года, т.е. год спустя, тогда как заказ от военного министерства последовал только II декабря 1912 года. Из этой справки видно, как не торопились австрийские бюрократы с усилением мощи своей армии.
Вернувшись на пост начальника генерального штаба в конце 1912 года, Конрад застал безотрадную картину. Ничего не оставалось, как помимо военного министерства обратиться к самому директору завода Шкода и от него получить нужные сведения об изготовлении орудий. 16 января и 10 апреля 1913 года Конрад имел разговор с директором о производстве всех предполагаемых на вооружение системах орудий. Оказалось, что вместо ожидавшихся Конрадом к изготовлению 48-30,5 см. гаубиц завод на отпущенные военным ведомством деньги мог изготовить только 24 орудия, так как стоимость каждого орудия, без автотяги и запаса снарядов, достигала 160-170.000 крон (около 50.000 рублей).
Не лучше обстояло дело с горной артиллерией и полевыми 10-10,4 и 10,5 сант. пушками, которые должны быть введены на вооружение все это находилось в области опытных изысканий и бесконечных споров различных специалистов, а дорогое время уходило. Конрад тотчас же энергично принимается за дело: командирует своего помощника на артиллерийские испытательные полигоны и, наконец, сам в конце 1913 года присутствует на окончательном испытании выработанного образца горного орудия. В начале 1914 года, 27 апреля, Конрад снова беседует с директором завода Шкода по вопросу о перевооружении полевой артиллерии новыми гаубицами. Директор указал производительность завода в 8 гаубиц в месяц, при чем на подготовительные работы нужно было 6 месяцев. По произведенному им подсчету на изготовление нужных для армии 1512 гаубиц потребовалось бы 20 месяцев или, за округлением, около 2 лет.
Известный нам Краусс в своем труде «Причины наших поражений» также останавливается на такой волоките с выполнением артиллерийской программы и рассказывает следующее. Для быстрого преодоления укрепленной итальянской границы уже в начале 1908 года выяснилась необходимость ввести в действие тяжелые орудия – 28 см., 30,5 см. или 35 см. гаубицы – «чем тяжелее, тем лучше». Вместе с тем опыты с приспособлением к 24 см. гаубицам автомобильной тяги были удачны еще летом 1908 года, и, таким образом, вопрос о переводе их можно было считать решенным. Когда Краусс, состоявший в это время председателем технического комитета, обратился к начальнику артиллерийской секции этого комитета с указанием на то, что теперь можно тяжелую артиллерию привлечь к действиям полевой армии, последний рассмеялся, так как не видел никакой необходимости в увеличении калибра. «Только позднее ухватились за эту идею, и не ранее 12 или 13 года я увидел на Штейнфельдском поле в Вене первые 30,5 см. гаубицы. В результате, – продолжает Краусс, – мы имели ограниченное число этого сильнейшего орудия».
Мы намерение подробно останавливались на перевооружении и увеличении артиллерии в австро-венгерской армии, чтобы показать, с какими трудностями генеральному штабу приходились создавать ту силу, которая в мировую войну явилась веским фактором, склоняющим победу на сторону не сильных батальонов, как это было во времена Наполеона, а многочисленной и хорошо подготовленной артиллерии. Наряду с недостатком бюджетных ассигнований Конрад в своих предложениях встречал враждебное отношение со стороны военного министра и подчиненных ему органов управления, преследовавших или узко эгоистические цели или же недооценивавших все значение предлагаемых генеральным штабом мероприятий.
Прикладывая все старания к улучшению артиллерии, Конрад не забывал своего основного положения, что пехота и ныне остается главным родом войск. Между тем, вооружение ее сильно озабочивало начальника австро-венгерского генерального штаба. Считая необходимым усилить пехоту и конницу пулеметами, Конрад ежегодно стремился, путем новых формирований пулеметных отделении, пополнить этот пробел.
На вооружении пехотных частей состояли устарелые магазинные винтовки образца 1888 и 1890-91 г.г., и лишь частично была введена более усовершенствованная модель 1895 года. Таким образом, вставал с очевидностью громадный вопрос о перевооружении всей пехоты новой винтовкой, вопрос большой важности как в смысле обучения, боевого использования, так и по тем финансовым затратам, которыми перевооружение обычно сопровождается. Над такой мерой следовало подумать.
Начальник генерального штаба, отдавая себе ясный отчет в серьезности вопроса о перевооружении пехоты, исходил из следующих соображений. Назрела необходимость такого перевооружения, но если к нему приступать, то нужно выбирать такой образов ручного оружия, который мог бы прослужить долго, отвечая возрастающим требованиям к современному ружью. Уже с давних пор была брошена идея о вооружении пехоты автоматическим ружьем, т.е. ружьем с автоматической подачей патрона и производством выстрела от руки. Таким образом, это не было автоматическое ружье, каким мы понимаем его ныне. Конраду необходимо было ружье, превосходящее по скорости огня обыкновенную магазинную винтовку, не увеличивающее расход патронов, сохраняющее стрелку силы при стрельбе и дающее возможность вести спокойный и уверенный огонь.