Получивъ эту инструкцію, генералъ Петрусевичъ занялся немедленно выполненіемъ ея.

Къ началу іюля мѣсяца бамійское укрѣпленіе во многихъ частяхъ своихъ было уже готово, покончена была также и уборка хлѣба.

Въ это время генералъ Скобелевъ получилъ извѣстіе о намѣреніи тэкинцевъ, подъ предводительствомъ Махмутъ-Кули-Хана, идти на Нухуръ, близъ Бендесенъ, чтобы заставить преданныхъ намъ нухурцевъ бросить свою землю и переселиться въ Геокъ-Тэпѳ.

Въ виду этого и съ цѣлью: 1) выяснить дѣйствительныя силы и намѣренія тэкинцевъ по пути изъ Бами въ Геокъ-Тэпе; 2) поддержать нухурцевъ и черевъ нихъ войти въ торговыя сношенія съ Персіей; 3) уничтожить по дорогѣ запасы непріятеля, которыми мы не въ силахъ воспользоваться, чтобы ослабить его; 4) заставить тэкинцевъ съ семействами и стадами еще болѣе сгруппироваться въ Геокъ-Тэпе, чѣмъ увеличить бѣдствіе противника, ибо уничтоживъ кормъ, стадамъ ихъ угрожала бы гибель; 5) взять въ руки иниціативу и доказать непріятелю и, въ-то же время, своимъ войскамъ наше превосходство, не взирая на малочисленность, и 6) если окажется возможнымъ, выяснить подступы къ Геокъ-Тэпе. На основаніи всего этого, генералъ Скобелевъ предпринялъ движеніе впередъ, какъ для рекогносцировки Геокъ-Тэпе, такъ и пути слѣдованія къ нему.

Рекогносцировочный отрядъ состоялъ изъ[19] ) 3 1/2 роты, 10-ти орудій, 3-хъ сотенъ казаковъ, ракетной батареи и хора музыки Дагестанскаго полка, всего—350 штыковъ, 311 сабель и 10 орудій.

Довольствія бралось на 12 дней.

Движеніе съ такимъ малочисленнымъ отрядомъ къ центру средоточія непріятельскихъ силъ было рискованно и слишкомъ смѣло; но въ послѣднемъ заключался также и залогъ успѣха.

Генералъ Скобелевъ глубоко вѣрилъ въ свое знаніе Азіи, и боевое чутье рѣдко обманывало его.

"Непріятель храбръ и искусенъ въ одиночномъ бою, — говорилъ онъ — но дѣйствуетъ въ разсыпную или отдѣльными кучами, мало послушными волѣ предводителя, а потому неспособенъ, несмотря на свою подавляющую многочисленность, къ единству дѣйствій и маневрированію массами. Будемъ бить противника тѣмъ, чего у него нѣтъ; будемъ бить его сомкнутымъ, послушнымъ, гибкимъ боевымъ порядкомъ, дружными, мѣткими залпами и штыкомъ, всегда страшнымъ въ рукахъ людей, сбитыхъ дисциплиной, чувствомъ долга и круговой порукой въ одно могучее тѣло — колонну".

Въ этотъ боевой символъ крѣпко вѣрилъ офицеръ и солдатъ его войска.