Лишь только Скобелевъ вступилъ на берегъ, какъ пронесся такой оглушительный крикъ "ура"!.. что, казалось, будто онъ вылетаетъ изъ однихъ исполинскихъ устъ. Дождь шапокъ, армяковъ, платковъ, какъ бы лѣсомъ выросталъ надъ головами….
Это былъ взрывъ такого неподкупнаго народнаго энтузіазма, который выпадаетъ на долю тѣхъ немногихъ патріотовъ, славныя имена коихъ никогда не умираютъ въ памяти народа.
Медленно подвигался генералъ Скобелевъ, съ обнаженной головой, среди восторженной массы привѣтствовавшаго. его народа, — направляясь къ желѣзно-дорожной станціи. — Серьёзное лицо генерала и сосредоточенный взглядъ обнаруживали по временамъ признаки сильно сдерживаемаго душевнаго волненія…
Курьерскій поѣздъ стоялъ уже на-готовѣ.
Еще разъ генералъ глубоко поклонился русскому народу. — Въ глазахъ у него блестѣли слезы и онъ, что-то тихо проговоривъ, взошелъ въ вагонъ…
Поѣздъ, окруженный сплошною стѣной людей, съ обнаженными головами, сталъ медленно подвигаться впередъ…
Проходитъ годъ…
Со всѣхъ мѣстъ Россіи несется заунывный погребальный звонъ… Русскій народъ съ глубокою скорбью служитъ панихиды по скоропостижно скончавшемся доблестномъ патріотѣ своей родины…
Конецъ.
