Протопопов. – Мелькнула мысль.
Соколов. – …что вы можете быть министром, но в связи с какими обстоятельствами вашей жизни, до поездки вашей за границу, могла мелькнуть у вас мысль, что вы можете быть министром?
Протопопов. – У меня была фантазия: Михаил Владимирович Родзянко говорил мне, что я мог бы быть министром торговли и промышленности.
Соколов. – У вас эта мысль мелькала, в связи с разговором с Родзянко, настолько, что вы считали возможным это внести в деловой договор?
Протопопов. – Не у меня. Это мысль самого создателя этого органа Осокина и финансирующего учреждения этого банка.
Соколов. – Вы не спрашивали Осокина, почему у него мелькала мысль, вступая в договор, что он должен оговорить, каковы будут последствия в случае вашего вступления на пост министра. Одно из оснований – вы сообщили ему разговор Родзянко, который не указывал специально, что вы можете получить пост министра.
Протопопов. – Он мне говорил: «Вот я сегодня сказал государю, чтобы вас назначили министром торговли и промышленности».
Соколов. – Не было ли у вас других оснований, разговоров с Бадмаевым или другими?
Протопопов. – С Бадмаевым вечное хихиканье и смешки, что я буду министром; когда я поехал за границу, газетная молва сопровождала меня, что я буду министром.
Соколов. – Нас газетная молва не интересует. Меня интересует разговор с Бадмаевым, вечные смешки, вечное хихиканье, что вы будете министром.