Соколов. – Вы знали, что Курлов не пользовался хорошей репутацией в обществе, что для вас его назначение на пост товарища министра связывалось с известной неприятностью.
Протопопов. – Сознавал.
Соколов. – Под каким давлением было сделано это назначение, зачем вы себе причинили эту неприятность?
Протопопов. – Совершенно верно. Я причинил ее себе по двум причинам: я считал, что не всегда человек виноват, когда его бранят; для меня это было слишком неутешительным примером, потому что бранить так ужасно, как меня бранили, так жестоко…
Соколов. – Это соображение ясное. Теперь, вторая причина.
Протопопов. – Я очень верил, что он переменится. Мне казалось, что этот человек умный, сумеет принести пользу делу и поставит дело. Я считал, что это большая умница. Это отнять у него нельзя; прекрасно знает законы, этого отнять нельзя.
Соколов. – Ведь вы сказали, что у вас директором департамента полиции был Васильев, которого вы считали честным и пригодным человеком.
Протопопов. – Да ведь я поставил его.
Соколов. – Для чего же вам был нужен Курлов?
Протопопов. – Курлов близкий человек. Мне хотелось провести его на место, об этом мне неловко говорить.