Соколов. – Вы говорите, что были недальновидны и близоруки. Значит, вы не придавали политического значения движению 14 февраля?
Протопопов. – Я должен был придавать потому, что итог получился критический, но мне казалось, что главный двигатель, это недостаток продовольствия.
Председатель. – Какие были ваши главнейшие реформы?
Протопопов. – По-моему, нужно было сделать ответственное министерство, начать сверху, а затем полное равноправие евреев, оно есть на бумаге, а потом мое письмо или, вернее, циркуляр, который уже исполняется в Москве. Затем, я думал, что обязательно нужно дать духовенству возможность жить не подачками, а обеспечить его.
Председатель. – Дать жалованье духовенству? Значит: судебная ответственность министров, расширение прав евреев и жалованье духовенству?
Протопопов. – Это ближайшее, но, конечно, земства, земства и земства.
Соколов. – Вы думали, что этими реформами можно было остановить движение 14 февраля?
Протопопов. – Ох, думал, что нет.
Соколов. – Значит, ваши мысли, связанные с движением 14 февраля, были только репрессивные.
Протопопов. – Нет, это политические.