Родичев. – В ваших объяснениях вы употребили такую фразу: офицеры Измайловского полка были ненадежны, – они говорили: вступим в переговоры с Родзянко… Это было в воскресенье или в понедельник?
Хабалов. – Это было тогда, когда было уже восстание: это было вечером в понедельник, уже часов в 6.
Родичев. – Вы считали, что Родзянко является уже той стороной, которая предводительствует, стороной воюющей?
Хабалов. – Я считал, что Родзянко – это лицо, которое имеет вес и влияние…
Родичев. – Там, в другом лагере?
Хабалов. – Что существует какое-нибудь другое правительство, я понятия не имел: я не знал о его существовании…
Родичев. – Когда в Адмиралтействе было заседание Совета Министров, там шел разговор о переговорах с Родзянко?
Хабалов. – Нет, в Адмиралтействе заседание Совета Министров не состоялось: я предлагал туда пожаловать, но они не захотели…
Родичев. – А на Моховой в Совете Министров говорили об этом или нет?
Хабалов. – Нет.