Штюрмер. – Простите, я помню одно, что против диктатуры возражал министр путей сообщения Трепов, это я очень хорошо помню.
Председатель. – Кто его поддерживал, вы не помните?
Штюрмер. – Это был такой удар для меня, неожиданность, что я не следил, кто и что говорил.
Председатель. – Почему удар?
Штюрмер. – Я видел, что это страшно увеличит дело.
Председатель. – Позвольте после этого разъяснения считать, что решение, принятое в июне, послужило одним из оснований к тому, что вы 7-го июля приняли портфель министра иностранных дел?
Штюрмер. – Это не только послужило, это было единственной причиной. Я сказал, что не могу, я должен был отказаться или от председательствования в Совете Министров или от поста министра внутренних дел и взять тогда более легкое министерство. У нас легкими министерствами считались – Министерство Иностранных Дел и святейший синод.
Председатель . – Почему Министерство Иностранных Дел, т.-е., значит, учреждение, которое ведает внешней политикой мирового государства, во всяком случае великой державы? Как оно могло считаться по легкости своей равным министерству синода?
Штюрмер. – Мне трудно сказать это, я никогда в нем не служил, об этом тогда разговора не было. Мне трудно сказать.
Председатель. – Почему вы не можете сказать?