Хвостов. – Говорили про молодежь, которая бывала у того и другого.
Председатель. – Лично вы там не видали Белецкого?
Хвостов. – Я знаю, что там бывал Варнава, видел раз Распутина…
Соколов. – А сын Горемыкина бывал?
Хвостов. – Я знаю, что Андроников у старого Горемыкина бывал, и я этим иногда пользовался, так как мне именно нужно было знать, что там делается… Но, во всяком случае, об электрических обществах они не говорили; они чувствовали, что нельзя мне об этом говорить, но говорили мимоходом о «бедных швейцарцах»… Через Андроникова я старался узнать и ближе подойти к Распутину, – узнать, что там делается… За Распутиным и Белецким было предоставлено наблюдать Комиссарову и создана специальная агентура: Распутина охраняла агентура департамента полиции, дворцовая агентура Спиридовича да еще разные банковые деятели: какие-то евреи всегда тут торчали… Одним словом, он постоянно корреспондировал с разными банками через этих господ. Так что одновременно его всегда охраняло человек 9-10…
Председатель. – Будучи у него в квартире?
Хвостов. – Охрана департамента полиции была на лестнице; а комиссаровские агенты и ближайшая его охрана – те внутри квартиры, – все это под видом его охранителей!…
Иванов. – Кем был назначен Комиссаров для наблюдения за Распутиным?
Хвостов. – Белецкий установил. Наблюдение – дело охранного отделения. Но все они проверяли друг друга: Белецкий не верил охранному отделению, а дворцовая полиция не верила им обоим… На это я натолкнулся, когда мне хотелось ближе подойти к действиям Распутина: но оказалось, это невозможно, в виду взаимного недоверия… Потом были охранные автомобили, которые охраняли Распутина. Затем был целый штат «секретарей», – целый штат охранников… Секретари там поочереди дежурили: очередь была правильная. Секретарей было 4-5. У одного из секретарей, Манасевича-Мануйлова, в распоряжении был военный автомобиль, за которым не могли угнаться охранные автомобили. Я сделал попытку, чтобы этот автомобиль отобрали, и сказал Поливанову. Тот отобрал, но приказано было снова вернуть!…
Соколов. – Вы, по вопросу об охране Распутина, имели собеседование с журналистами, с Гессеном и др.: вы указывали, что, кроме этих охран, вы сами, по просьбе государя, установили личную охрану?