Соколов. – С 1 по 7-е в течение семи дней вы не ставили вопрос о том, что следует на эту резкую критику ответить?
Штюрмер. – Нет. Может быть кто-нибудь и подымал этот вопрос, но я не помню.
Соколов. – В вашем присутствии?
Штюрмер. – Я не помню.
Соколов . – Значит, в вашем присутствии этого не было?
Штюрмер. – Я, может быть, совершенно память потерял, но этого не было. Я ставил вопрос о клевете. В тот же вечер собрались министры, и вопрос был поставлен так.
Соколов. – Во время вашего пребывания министром внутренних дел у вас не разрабатывались меры на случай возможного беспорядка в населении, вызванного дороговизной, отсутствием продовольствия или недовольством действиями правительства? Какие вы считали нужным поставить меры в противодействие такому народному движению?
Штюрмер. – Вообще плана кампании не вырабатывалось, а в тех местах, где могли быть центры, например, сахарный центр, кожевенный центр, чугунный завод, например, Пермской губернии, там вырабатывалось, что можно сделать, а общего принципиального плана не вырабатывалось.
Соколов. – Известно вам, чем была вооружена полиция во время пребывания вашего в качестве министра?
Штюрмер. – Такой вопрос не возбуждался.