Председатель. – Вы говорите, что не только Протопопов пользовался услугами Вырубовой для своих дел, но и другие лица, и для всяких дел – государственных и частных?
Андроников . – Да. Вы меня спрашивали: как я привел к ней Хвостова? – Совершенно случайно, после этой знаменательной его речи в Думе я заговорил о Хвостове у Вырубовой: «Читали вы речь?» – «Да, – говорит, – читала: он много говорит про дороговизну… Какой он умный, как он хорошо все знает! Я бы хотела его повидать, – мне говорили о нем их величества»… Я говорю: «Очень просто: скажите, – и он приедет»… Она отвечает: «Как-нибудь, когда я буду посвободнее»… Потом она протелефонировала: «Желаю видеть Хвостова» – я его и привез. Затем приехал государь. Хвостов, кажется, уезжал в деревню. Я помню, что он был в ужасном состоянии, – спрашивал, как ему надеть ордена (они у него болтались)… «Я, – говорит, – получил приглашение к государю!»… Для меня было ясно, что государь о нем вспомнил, что дни Щербатова кончались и что Хвостова прочат в министры. После этого, когда я там бывал, я неоднократно говорил Вырубовой и писал, что речь Хвостова все более и более распространяется… Хвостов дал мне несколько отпечатков, и я сам распространил их – в конце августа. 25 августа 1915 года он был назначен [А.Н. Хвостов был назначен управ. м.в.д. 26 сент. 1915 г.] министром внутренних дел. Очевидно, наперекор Горемыкину, который совершенно этого не желал и проводил С.Е. Крыжановского, бывшего государственного секретаря; но Крыжановского не пожелали…
Председатель. – Каковы были в это время отношения ваши с Распутиным?
Андроников. – Он заходил ко мне, бывал у меня, посылал уйму всяких девиц, которых нужно было устроить, чтобы им давали побольше денег… Я очень был озадачен, потому что некоторые приходили, просили места, другие приносили ломбардные квитанции, говоря, что им нужно выкупить вещи и нет денег… Что возможно, я делал, но всего не мог!
Председатель. – К этому времени ваше отношение к Распутину изменилось?
Андроников. – Да. После того, как я видел эти пляски, как видел девиц известного свойства, я озлился, а потом, когда я услышал о поездке в «Вилла Родэ» к цыганам, о всевозможных кутежах, тут я увидел, что он развратник…
Председатель. – Ваши отношения с Хвостовым продолжались в бытность его министром внутренних дел?
Андроников. – Я был с ним в добрых отношениях.
Председатель. – Вам было известно его отрицательное отношение к Распутину?
Андроников. – Безусловно. Он мне передавал о нем такие вещи, где тот доходил до редкостного нахальства! Например, Распутин звонил по телефону и вызывал министра. Ему говорят: «Министра нет». – «Что ты врешь? Я знаю, что он дома, передай, что я Распутин, иначе я его сокрушу, уничтожу!» Это он передавал дежурному чиновнику, секретарю…