Председатель. — А вам не известно, что князь Бебутов был осведомителем министерства внутренних дел?
Мануйлов. — Нет.
Председатель. — На мой вопрос вы сказали, что денежные средства князя Бебутова были для вас тайной. Я вас спросил, эта тайна не казалась вам подозрительной, и вы, как будто, были склонны ответить, что это было подозрительно для вас, но вы не выяснили из разговора с Бебутовым?
Мануйлов . — Нет, он мне говорил, что у него какие-то дела в Англии. Между прочим, одно время здесь появился некий грек Мицакис. [Вероятно, имеется в виду сотрудник загран. агентуры грек Георгий Анастасьевич Мелас.] Этот Мицакис был с ним в деловых отношениях. Мицакис этот, как я потом узнал, был агентом Рачковского заграницей.
Председатель. — Значит, грек Мицакис, агент Рачковского, заграницей был лицом близким Бебутову?
Мануйлов. — Близким я не скажу, но был в сношениях.
Председатель. — Вы тоже были в довольно близких отношениях с Бебутовым?
Мануйлов. — Я с ним встречался у Набокова. Затем, одно время, он стал меня посещать довольно часто. Затем приехал в Париж, был у меня в Париже, потом он скрывался некоторое время, потом снова заезжал, потом снова скрывался. Вообще был всегда таинственным. Когда приходил ко мне, раньше звонил по телефону, спрашивал: «Никого у вас нет?» — «Нет». Ну, тогда он приходил и рассказывал о том, что оказывает очень большие услуги кадетской фракции, что он большие свои деньги потратил на это дело.
Председатель. — Вы имели с ним отношения до самого последнего времени?
Мануйлов. — Я его давно не видел, я думаю, года четыре.