Завадский. — Значит, Спиридович никогда никаких дипломатических поручений не нес, а только охрану?
Мануйлов. — Только.
Завадский. — Следовательно, Спиридовича о миссии дипломатической и спрашивать не могли?
Мануйлов. — Я до сих пор не знаю, в чем дело. Я его с тех пор не видел. Этот разговор мог быть в области предположений. Это письмо я получил за четыре дня до ареста, и это письмо Спиридовича было найдено тогда при аресте. Меня потом по этому поводу спрашивали в контр-разведочном отделении.
Смиттен. — Откуда было прислано письмо?
Мануйлов. — Из Ставки.
Председатель. — Скажите, пожалуйста, вы вообще можете рассказать в нескольких словах ваше прошлое? Вы служили в Риме? Когда это было?
Мануйлов. — Когда был директором духовных дел Мосолов; потом он был членом государственного совета. Он умер.
Председатель. — Какие были ваши функции?
Мануйлов. — У нас католическое духовенство не имеет права прямых сношений с Ватиканом, и тогда агенты по духовным делам, которые являются посредниками между Ватиканом и нашим католическим духовенством, передают всевозможные бумаги. Бракоразводные процессы проходят через эту контору.