Беляев. — Я никогда ни одного письма, насколько мне память не изменяет, не посылал Вырубовой.
Апушкин. — А это письмо написано вами? (Показывает письмо.)
Беляев. — Это официальное письмо.
Апушкин. — Вы считали нужным уведомить ее официальным письмом?
Беляев. — Как видите. Мне его дали, и я его подписал.
Председатель. — Но вы только что сказали, что вы никаких писем не писали.
Беляев. — Я этого письма не имел в виду.
Апушкин. — Вы считали обязательным всем просителям писать?
Беляев. — Я не могу сказать, всем или не всем, но я думаю, из этого дела вы можете увидеть, как это писалось. Во всяком случае, канцелярским порядком.
Апушкин. — Канцелярским порядком, чрезвычайно обременявшим служащих в главном управлении генерального штаба?