Председатель. — Так что вы были далеки от политики?
Голицын. — Очень далек.
Председатель. — Вы были просто правым членом государственного совета?
Голицын. — Да.
Председатель. — Вы говорите, что вопрос об отсрочке заседаний государственной думы вы пропустили через заседание совета министров, не правда ли?
Голицын. — Да.
Председатель. — Это заседание совета министров было какого числа?
Голицын. — Я не знал, что вы будете задавать этот вопрос. У меня память довольно плохая.
Председатель. — Ну, я вам скажу. Это было 3 января 1917 г.
Голицын. — 3-го? Может быть. Хотя мне казалось, что это было позднее. Так как по продовольственным делам я и другие министры получали ежедневно с мест массу телеграмм и заявлений, и у нас возникала, поэтому, переписка, которая брала очень много времени и существенных результатов не давала, я признал нужным (это было в половине января), чтобы все министры, которые ведают это дело, ежедневно собирались у меня. Все они отнеслись к этому очень сочувственно, и каждый из них являлся.