Председатель. — Разве вы не истратили их, когда отсрочивали думу с 12-го января по 14-е февраля?
Голицын. — Тогда был специальный доклад для этого.
Председатель. — Вы предложили бывшему императору два варианта относительно отсрочки с 12-го на 14-е?
Голицын. — Нет, на 31-е и на 14-е.
Председатель. — Раз мы вернулись к этой дате, вы может быть скажете, за что вы стояли и за что стоял бывший император?
Голицын. — Я стоял за более продолжительный срок, т.-е. не 31 января, а 14 февраля, мотивируя тем, что тут масленица, что 14 февраля на первой неделе поста. Государь ничего на это не сказал.
Председатель. — Теперь вернемся к роспуску думы в феврале. Значит, вы воспользовались декабрьским бланком. Что же, этот бланк был передан вам бывшим председателем совета министров на неопределенное время? Вы могли когда угодно им воспользоваться?
Голицын. — Да, я потом только поставил число и год.
Председатель. — Значит, вы в феврале воспользовались этим декабрьским бланком, не переговорив с бывшим государем?
Голицын. — Нет, я докладывал.