Председатель. — Разве вы не интересовались, как организована охрана столицы?
Голицын. — Раньше интересовался. Мне говорили, что Петроград разделен на участки, в каждом участке есть свои войска, своя полиция и стоящий во главе этого участка. Этим я удовольствовался и думал, что всякие уличные беспорядки, без всякого кровопролития, во всякое время, могут быть подавлены.
Председатель. — Что вам известно о вооружении полиции пулеметами?
Голицын. — Ничего. Я узнал об этом уже после совершившегося факта.
Председатель. — Что стреляли из пулеметов с крыш?
Смиттен. — Кто?
Голицын. — Молва городская была, что полиция. Затем мой человек, остававшийся некоторое время в квартире на Моховой, мне рассказывал, что когда вошла толпа в дом, то сначала мирно была настроена, но в это время раздался выстрел с крыши, по его предположению, из пулемета; тогда толпа рассвирепела и стала грабить.
Иванов. — Вы требовали охраны своей квартиры от градоначальника?
Голицын. — В субботу вечером я потребовал охрану; пришли несколько человек солдат, которых я не видел.
Председатель. — А что в воскресенье делал совет министров?