Завадский. — Бувайлов был переведен в Старый Оскол, а владимирский губернатор Сазонов писал о том, что Бувайлов принадлежит к левым партиям, входит в партию к.-д. и вообще неблагонамеренный человек. Из дела же видно, что председатель владимирского суда и тогдашний прокурор владимирского суда удостоверяли, что Бувайлов пользуется уважением и что он, действительно, был в к.-д. партии, но как только сенат воспретил, моментально из нее вышел. Председатель суда добавляет, что ему лично ничего неизвестно об образе мыслей Бувайлова. Вместе с прокурором они подтверждают только одно: что Бувайлов прошел выборщиком во 2-ю государственную думу при поддержке местной ковровской газеты, которая считалась к.-д.
Щегловитов. — Он был переведен из Коврова в Старый Оскол?
Завадский. — Да, без прошения.
Щегловитов. — Как исправляющий должность?
Завадский. — Да… Губернатор пишет, — и хотя прокурор и председатель возражают, тем не менее, следователь переводится!
Щегловитов. — Его принадлежность все-таки устанавливалась…
Завадский. — Он до тех пор принадлежал, пока было можно, но потом ушел. Вы не припомните этого случая?
Щегловитов. — Раз удостоверено это письмами, я, конечно, возражать не могу.
Председатель. — Скажите, вы помните обстоятельства, при которых был изменен устав военно-медицинской академии?
Щегловитов. — Да, более или менее помню…