Манасевич-Мануйлов. — После того… Между прочим, характеристика эта (данная Хвостову Распутиным) оказалась совершенно верной, потому что, действительно, Хвостов целовал руку у Распутина: когда был обед, по случаю назначения Хвостова, то подали уху, и он сказал Распутину, что не будет есть, пока тот не благословит, — тогда тот благословил, и Хвостов поцеловал руку…
Смиттен. — Публично поцеловал, при всех присутствующих?
Манасевич-Мануйлов. — Это был обед у Распутина.
Смиттен. — Кто присутствовал?
Манасевич-Мануйлов. — Вырубова была, Андроников… После этого Хвостов был удален некоторое время с поста. В Петроград приезжала с письмами Илиодора жена Илиодора, в письмах подробно рассказывался весь план убийства… Если вас интересует, как его должны были убить, я расскажу…
Председатель. — Нет, это нас не интересует… Скажите, Ржевский не доехал до Илиодора?
Манасевич-Мануйлов . — Он был арестован на обратном пути… Вот, этот эпизод… Затем, интересный эпизод, который, между прочим, я не знаю, — приходилось ли вам сталкиваться с вопросом относительно 5 миллионов, которые были ассигнованы Хвостому. [надо: «Хвостову» (А. Н.).] — По этому поводу, я, так сказать, только слышал об этом, но подробности этого дела вам может рассказать Белецкий…
Председатель. — А то, что вам известно по этому делу, вы знаете это от Белецкого?
Манасевич-Мануйлов. — Не от Белецкого: там, вокруг Штюрмера, слышно было…
Председатель. — Что же вы слышали «вокруг Штюрмера» о 5-ти миллионах?