Щегловитов. — Нет, он, кажется, до этого был…
Завадский. — Нет, и при Лагоде.
Щегловитов. — По-моему он был раньше Лагоды…
Завадский. — Первое дело рассматривалось в то время, когда Лыжин был в Новочеркасске.
Председатель. — Вы помните, что о действиях Лыжина, об имевших место подлогах, было указано временным военным судом при рассмотрении дела о так называемой «Новороссийской республике»?
Щегловитов. — Это, вероятно, и явилось основанием для рассмотрения екатеринодарским судом.
Завадский. — Указание временного военного суда рассмотрено 29 октября 1909 года екатеринодарским окружным судом в общем собрании.
Председатель. — Вы помните это обстоятельство?
Щегловитов. — Я помню эти указания.
Председатель. — Каким образом случилось, — в особенности, при том отношении к деяниям Лыжина, которое вы обнаруживаете в настоящее время и которое, конечно, и вся комиссия разделяет, — каким образом случилось, что, в бытность вашу министром юстиции, соединенное присутствие правительствующего сената, по поводу этого постановления военного суда, признало, что Лыжиным допущена лишь небрежность при составлении протоколов допросов, в которые внесены известные поправки и дополнительные сведения без установленной законом оговорки? Вот нас и интересует, так сказать, история такого определения правительствующего сената, — постольку, поскольку вы принимали в ней некоторое участие…