Манасевич-Мануйлов. — Он это и не скрывал, — свои похождения… Но что затем, будто бы, он изменился, и у них были свидания: так сказать, отношения стали хорошие… Теперь, может быть, у вас вопросы есть?
Председатель. — Вы, может быть, устали?
Манасевич-Мануйлов. — Нет, ничего, — пожалуйста… Я еще полчаса могу… Может быть, вы некоторые вопросы зададите?
Председатель. — У нас есть вопросы. В следующий раз, мы их зададим.
Манасевич-Мануйлов. — Интересно все Распутинское?
Председатель. — Да. И все о Штюрмере, о Белецком…
Манасевич-Мануйлов. — О Распутине я вам дам много интересного. Между прочим, я не знаю: вы имеете сведения относительно Елизаветы Алексеевны Нарышкиной? Вы спрашивали о реакционном влиянии, — она, несомненно, имела реакционное влияние…
Председатель. — Нам приходится прервать допрос…