Председатель. — Значит, вы выехали из Могилева, не имея никаких поручений?
Воейков. — Никаких. Я сказал Алексееву, что поеду только по приказанию. Он говорит: «Приказания не могу дать, могу дать предписание». Он дал мне предписание, которое у меня в Москве отобрали, ехать в мое имение Пензенской губернии, Казанского военного округа.
Председатель. — Это было ваше желание?
Воейков. — Мое первое желание было — ехать в Петроград. Он сказал — нет. Тогда — на фронт. Он говорит: «На фронт не могу пустить». Куда же мне деться? Я решил ехать к себе в имение и заручился документом Алексеева, чтобы меня никто не подозревал в бегстве.
Председатель. — Присягали вы в Ставке на верность временному правительству?
Воейков. — Нет. Меня об этом спрашивали, я заявил, что, раз государь отрекся от престола, я считаю себя свободным человеком и безусловно подчиняюсь во всем правительству.
Председатель. — Так что, вы просто не успели принять присяги? Ставка присягала 9 числа.
Воейков. — Я уехал 5-го вечером.
Председатель. — Перейдем к новому вопросу. — Что вызывает у вас в памяти «Вержболовская группа»?
Воейков. — Это вызывает в моей памяти Мясоедовскую историю.