Председатель. — Вы были в правой группе государственного совета? Очевидно, многие ваши товарищи по группе не разделяли эту вашу точку зрения примиренности с существующим государственным строем?
Маклаков. — Т.-е. в смысле неудовлетворительности его?
Председатель. — Да. В смысле желания повернуть назад.
Маклаков. — Ни у кого серьезно этого не было, ни у Мещерского, ни у одной души. Я никогда не слыхал. Часто бывали жалобы, но всегда это было не серьезно.
Председатель. — Серьезно или не серьезно, это дело оценки; все же мне хотелось бы знать.
Маклаков. — Я бы сказал неправду, если бы отрицал, что такие разговоры были, но это не фактор в течении работы думы, а, скорее, только показатель настроения.
Председатель. — Т.-е., вы хотите сказать, что к реализации этих мыслей не приступали?
Маклаков. — В первый год моего пребывания министром чаще говорилось о роспуске думы, но потом меньше.
Председатель. — Но ведь были кружки членов государственного совета, которые стояли несколько позади формальной группы государственного совета?
Маклаков. — Мне кажется, не было в этом смысле более правого кружка, чем тот, который мне приходилось посещать, кружка Римского-Корсакова.